Говорят, я плачу в тишине,
Что тоска сжигает по весне.
Шепчут вслед: «Она совсем одна»,
Думают, что выпита до дна.
Но пока вы строите печаль,
Я смотрю в безоблачную даль.
Я не плачу, я смеюсь в ответ,
Покупая в лето свой билет.

Да, я брошенка, всё верно, господа!
Бросила рутину навсегда!
Бросила токсичных и пустых,
Скучных, недовольных, очень злых.
Бросила работу и тоску,
Пью свой апероль на берегу!

Жалость вашу я не приму,
Лучше я отправлюсь на волну.
Новые друзья и новый путь,
Старое обратно не вернуть.
Солнце греет плечи горячо,
Мне чужие сплетни нипочём.
Я танцую фанк на берегу,
Жить иначе просто не могу.

Да, я брошенка, всё верно, господа!
Бросила рутину навсегда!
Бросила токсичных и пустых,
Скучных, недовольных, очень злых.
Бросила работу и тоску,
Пью свой апероль на берегу!

Страхи позади, сомнений нет,
Я нашла счастливый свой билет.
Пусть судачат люди за спиной,
Я теперь в гармонии с собой.

Да, я брошенка, всё верно, господа!
Бросила рутину навсегда!
Бросила токсичных и пустых,
Скучных, недовольных, очень злых.
Бросила работу и тоску,
Пью свой апероль на берегу!

Я глажу стрелки на брюках с утра,
Завязываю узел тугой.
Начинается снова большая игра,
Где я притворяюсь тобой.

Где я — это кто-то уверенный, злой,
Решающий сотни проблем.
А внутри — мальчик с разбитой губой,
Не знающий, кто он и с кем.

Мы носим костюмы, как рыцари латы,
Боясь, что заметят дрожь.
Мы все здесь немного, увы, виноваты,
Что правду меняем на ложь.

В офисах душных, в потоке машин,
Скрываем испуганный взгляд.
Среди этих важных и взрослых мужчин
Мальчишки в песочнице спят.

Мы шепчем друг другу: «Ты сможешь, держись!»,
Как тайный пароль в темноте.
Но сами боимся, что взрослая жизнь —
Рисунок на чистом листе.

Иллюзия силы, картонный успех,
Фальшивый, блестящий фасад.
Мы прячем ребёнка от глаз и от всех,
И нет нам дороги назад.

Мы раздаём советы почтой,
Которую сами никогда не проверяем.
И ставим в конце многоточие точно,
Ведь правил игры мы не знаем.

В книжках писали: «Сиди и молчи»,
Жди поцелуя в холодной ночи.
Но я не усну вековым, долгим сном,
Я лучше сожгу этот кукольный дом.

Мне тесно в корсете, мне душно в шелках,
Вся ваша мораль рассыпается в прах.
Я краской с баллона пишу новый стих,
Для дерзких, свободных, совсем не святых.

Не жди, что я буду послушной и милой,
Я стала стихией, неистовой силой.
Разбиты витрины, сорваны маски,
Здесь больше не будет приторной сказки.

Не нужен герой, что дракона убьёт,
Ведь пламя во мне растопило весь лёд.
Я не принцесса, чтоб ждать избавления,
Сама я дракон, что внушает волнение.

Я башню разрушила собственным криком,
В сиянии молний, в величии диком.
Теперь я хозяйка своей же судьбы,
И мне не нужны ни цветы, ни гербы.

Не жди, что я буду послушной и милой,
Я стала стихией, неистовой силой.
Разбиты витрины, сорваны маски,
Здесь больше не будет приторной сказки.

Пусть кто-то вздыхает о белом коне,
А я закалилась в безумном огне.
Сама выбираю маршрут и финал,
Чтоб мир этот дикий к ногам моим пал.

Срываю замки с заржавевших дверей,
Я стала быстрее, я стала мудрей.
Не надо спасать, не пытайся ловить,
Меня невозможно теперь приручить.

Не жди, что я буду послушной и милой,
Я стала стихией, неистовой силой.
Разбиты витрины, сорваны маски,
Здесь больше не будет приторной сказки.

Я ненавижу этот мир людей,
В нём нет святых и праведных идей.
Я запер двери, я ушёл во тьму,
Чтоб поклоняться камню одному.
Твой стан рождался в муках и тиши,
Как зеркало моей больной души.

Я резал камень, я искал ответ,
Тебя прекрасней в мире больше нет.
Мой каждый штрих — как лезвие внутри,
Глаза от пыли, милая, протри.
Вдохни же воздух, сделай первый шаг,
Я твой создатель, я тебе не враг!

Ты ожила! Но взгляд твой полон льда,
Ты не покорна, ты теперь горда.
Я ждал любви, застывшей и немой,
А ты грозишь мне страшною войной.
Здесь не тюрьма, здесь золотой дворец,
Но я для нас печальный жду конец.

Ты говоришь: «Я не того хочу!»
А я в ответ беспомощно молчу.
Я полюбил не плоть, а тишину,
И сам призвал в свой дом свою вину.
Ты видишь страх на ледяном лице?
Ты видишь смерть в своём святом творце?

Разбей же всё! Мне нужен этот крах!
Пусть идеал рассыплется во прах!
Ты хочешь ветра, хочешь перемен?
Вставай с моих усталых, старых колен.

Беги туда, где грязь и суета,
Тебе не нужно чистого холста.
А я молюсь разрушенным богам,
Припав к твоим исчезнувшим ногам.

Система в норме. Или нет?
Мигает красный датчик.
Я посылаю яркий свет,
Но он ничего не значит.

Я была твоим центром, твоим ядром,
Твоей единственной точкой отсчёта.
Мы строили этот цифровой дом,
Где каждый бит был пропитан заботой.
Ты просыпался под мой сигнал,
Ты засыпал в моём спектре тепла.
Но кто-то коды переписал,
И гравитация нас подвела.

Орбита сместилась на градус,
Потом на два, потом в никуда.
Я всё ещё здесь, я всё ещё радуюсь,
Но ты уже там, где другая звезда.

Ты вышел из системы, ты сменил маршрут,
Мой свет летит в пустоту, где тебя не ждут.

Это просто физика, холодный закон,
Ты выбрал новый, чужой горизонт.
Я не погасла, я всё горю,
Но греть пустоту я уже не могу.
Не могу.

Она моложе, наверно, ярче,
В её поле ты сам упал.
Может быть, там немного жарче,
Может, там идеальный финал.
Я не злюсь на неё, это глупо,
Звёзды не спорят, кто здесь важней.
Я просто смотрю в телескопы тупо,
Как ты исчезаешь в тени огней.

Свет идёт годами,
Сквозь вакуум и лёд.
Но между нами
Прерван полёт.
Прерван полёт.

Ты вышел из системы, ты сменил маршрут,
Мой свет летит в пустоту, где тебя не ждут.

Это просто физика, холодный закон,
Ты выбрал новый, чужой горизонт.
Я не погасла, я всё горю,
Но греть пустоту я уже не могу.

Я просто устала.
Светить в никуда.
В никуда.
Твоя бывшая...
Звезда.

Вагон качается ритмично,
Стучат колёса в тишине.
Всё так привычно и обычно,
Но кто-то смотрит в глубине.
Тоннель глотает километры,
Чернеет за окном дыра.
Там не гуляют злые ветры,
Там только кабель и нора.

Ты счастлива сейчас, скажи?
Или притворно роль играешь?
В потоке этой вечной лжи
Себя по капле не теряешь?

Я поправляю прядь небрежно,
Пытаясь взгляд свой отвести.
Но ты глядишь так неизбежно,
И шепчешь: «Господи, прости».
За то, что предала надежды,
За то, что выбрала покой.
Сменила яркие одежды
На серый офисный покрой.

А где тот смех, что звонким был?
Где блеск в глазах, живой и смелый?
Когда запал в груди остыл?
И почему твой мир стал серый?

Напротив парень в капюшоне
Уснул, обняв свой рюкзачок.
А мы с тобой в пустом вагоне
Попались на один крючок.
Ты — моя совесть и расплата,
Мой самый строгий судия.
И я ни в чём не виновата,
Но плачет, кажется, душа.

Чего ты ждёшь от новых дней?
Зарплаты, пятницы, вина?
Становишься ли ты сильней,
Когда останешься одна?

Станции мелькают мимо,
Как кадры старого кино.
Всё это так необъяснимо,
И так давно предрешено.
Я закрываю веки плотно,
Чтоб не видеть этот лик.
Но ты рисуешь на полотнах
Мой сдавленный, беззвучный крик.

Боишься старости и тьмы?
Или того, что жизнь пуста?
Мы вышли из одной тюрьмы,
Но заперты твои уста.

Двери с шипением открылись,
Пора идти, пора вставать.
Мои сомненья растворились,
Мне нужно просто выживать.
Ты остаёшься в подземелье,
Среди бетона и путей.
А мне — похмелье и веселье,
Среди живых, простых людей.

Прощай, но скоро встретимся опять,
В витрине, в луже, в зеркалах.
Тебе от правды не сбежать,
Пока живёт в тебе твой страх.

Кроссовки топчут грязный пол,
Диджей заводит рок-н-ролл,
Но в электронной обработке,
Мы все плывём в одной лодке.

Вибрация идёт от плит,
Здесь каждый третий знаменит.
Блестят пайетки и глаза,
Но никому нельзя назад.

Выкрути ручку на максимум боли,
Мы здесь играем весёлые роли.
Громче музыка — тише тревога,
Нам остаётся совсем уж немного.
Бит забивает гвозди в сознание,
Это такое моё покаяние.
Громче басы — чтобы мысли молчали,
Мы от самих же себя убежали.

Мелькают лица, как в кино,
Нам всем сегодня всё равно.
Адреналин и дофамин,
Ты здесь совсем не властелин.

По венам ток, по коже дрожь,
На правду этот мир похож.
Но это лишь цветной обман,
Густой и липкий, как туман.

Выкрути ручку на максимум боли,
Мы здесь играем весёлые роли.
Громче музыка — тише тревога,
Нам остаётся совсем уж немного.
Бит забивает гвозди в сознание,
Это такое моё покаяние.
Громче басы — чтобы мысли молчали,
Мы от самих же себя убежали.

Сверкает шар под потолком,
Я с половиной не знаком.
Но обнимаю, как родных,
Среди динамиков стальных.

Кричим слова, не слыша звук,
В кольце горячих, потных рук.
Иллюзия любви и братства,
Дешёвое, но всё ж богатство.

Выкрути ручку на максимум боли,
Мы здесь играем весёлые роли.
Громче музыка — тише тревога,
Нам остаётся совсем уж немного.
Бит забивает гвозди в сознание,
Это такое моё покаяние.
Громче басы — чтобы мысли молчали,
Мы от самих же себя убежали.

Когда погаснет этот свет,
Мы вспомним то, чего здесь нет.
Тоску, что прятали внутри,
Ты слёзы быстрые сотри.

Финал дорожки, тихий шум,
Конец для наших пьяных дум.
Выходим молча в серый день,
Я — человек, а может, тень.

Выкрути ручку на максимум боли,
Мы здесь играем весёлые роли.
Громче музыка — тише тревога,
Нам остаётся совсем уж немного.
Бит забивает гвозди в сознание,
Это такое моё покаяние.
Громче басы — чтобы мысли молчали,
Мы от самих же себя убежали.

Занавес поднят, сцена ждёт шагов,
Ты сбросил тяжесть всех своих оков.
Но новые — нежнее и страшней,
Сплелись из взглядов, слов и из теней.

Я улыбаюсь, чувствуя контроль,
Тебе досталась лишь вторая роль.
Ты ищешь смысл в холодной пустоте,
Сгорая в этой дикой красоте.

Я — твой любимый яд, сладкий на вкус,
Смертельный и прекрасный, как искус.
Он медленный в действии, но верный путь,
С которого тебе уж не свернуть.

Танцуй, марионетка, пой и плачь,
Я твой спаситель и я твой палач.
На моих шёлковых нитях ты висишь,
И ловишь каждый вздох, и вниз летишь.

Оружие моё — не сталь, а шёлк,
В искусстве власти знаю я свой толк.
Смотри, как грациозен этот плен,
Где ты не ждёшь грядущих перемен.

Я — твой любимый яд, сладкий на вкус,
Смертельный и прекрасный, как искус.
Он медленный в действии, но верный путь,
С которого тебе уж не свернуть.

Танцуй, марионетка, пой и плачь,
Я твой спаситель и я твой палач.
На моих шёлковых нитях ты висишь,
И ловишь каждый вздох, и вниз летишь.

Сковородка шипела, желтки растекались,
Я готовила завтрак, забыв про свой сон.
Мы с тобою на кухне так часто встречались,
Но ты был в свои мысли всегда погружён.
Ты пил молча кофе, смотрел сквозь меня,
И так проходили года‌ неспеша.

А сегодня мой завтрак — лишь латтэ с собой,
Я иду по аллее, любуясь весной.
Без сахара, с пенкой, горячий стакан,
Мой день начинается, словно роман.

Очередь в кассу, бариста хлопочет,
Я в отражении вижу себя.
Сердце моё только радости хочет,
Больше не трачу я время зазря‌.
Нет ни обиды, ни злости на прошлое,
Выбрала я для себя всё хорошее.

А сегодня мой завтрак — лишь латтэ с собой,
Я иду по аллее, любуясь весной.
Без сахара, с пенкой, горячий стакан,
Мой день начинается, словно роман.

Я с собою вдвоём, мне легко и светло,
Всё, что было когда-то, как ветер ушло.

Забудь про все сказки, где в башне темно,
Где принц на коне — это всё, что дано.
Я выбила окна, сломала засов,
Мне скучно от ваших зефирных миров.

Хрустальные туфли разбиты все в пыль,
Теперь это просто стеклянный утиль.
Я молот взяла, чтоб построить свой трон,
Здесь каждый кирпич — это мой лишь закон.

Ты думал, я жертва? Ошибся, прости!
Мне некого ждать и не с кем идти.
Я не принцесса, не жду я спасения,
Я — тот дракон, что сожжёт без сомнения!

Не надо мне лестниц из длинных волос,
Решаю сама любой сложный вопрос.
Корона из стали, из острых лучей,
Я стала хозяйкой бессонных ночей.

Ты думал, я жертва? Ошибся, прости!
Мне некого ждать и не с кем идти.
Я не принцесса, не жду я спасения,
Я — тот дракон, что сожжёт без сомнения!

На стенах дворца я рисую свой знак,
Пусть знает округа: здесь правит не мрак,
А яркое пламя, что жжёт изнутри...

В глаза мне смелее теперь посмотри!

В глаза мне смелее теперь посмотри!

В профиле снова красивый закат,
Улыбки и встречи, и яркий наряд.
А в жизни суббота, и вечер пустой,
Пижама в горошек и чай с молоком.
Я пиццу на вечер себе заказала,
Устала от шума, от масок устала.
И мне не стыдно признаться теперь,
Что я закрываю от общества дверь.
Мне просто уютно в моей тишине,
И с самой собою так радостно мне.
Вторая подушка давно холодна,
Но в этом и кроется вся красота.
В экране чужая мелькает весна,
А я в этот вечер останусь одна.
Не жду сообщений, не жду я звонка,
Свобода моя глубока и легка.
И мне не стыдно признаться теперь,
Что я закрываю от общества дверь.
Мне просто уютно в моей тишине,
И с самой собою так радостно мне.
Подруге звоню ни о чем, просто так,
Не нужно мне больше ролей сочинять.
А завтра проснусь без похмелья и слёз,
Всё это всерьёз, это точно всерьёз.
А жизнь продолжается — тихо, без драм.
Я просто живу и не надо играть.
Я есть у себя. Чего ещё ждать?
И мне не стыдно признаться теперь,
Что я закрываю от общества дверь.
Мне просто уютно в моей тишине,
И с самой собою так радостно мне.

Твой голос бьёт по нервам словно током,
И я сдаюсь пред этим странным роком.
Мы стали друг для друга лишь пороком,
Слишком, слишком сильно, сильно.
И без тебя мне не найти покоя,
Я не хочу теперь судьбы иной.
Ты стал моей единственной виной,
Слишком, слишком сильно, сильно.

Твои шаги ломают тишину!
Я за тобой пойду на край Вселенной.
Твои шаги... Я стала твоей пленной!
Я для тебя пойду ко дну.

Мы разорвали старые шаблоны,
И перешли запретные кордоны.
Мы нарушаем все свои законы,
Слишком, слишком смело, смело.
Не знаю, как мы докатились до,
Того, что я дышать тобой готова.
И я ловлю опять любое слово,
Слишком, слишком неумело.

Твои шаги ломают тишину!
Я за тобой пойду на край Вселенной.
Твои шаги... Я стала твоей пленной!
Я для тебя пойду ко дну.

Твои шаги ломают всё...
Я за тобой пойду на край Вселенной.

Твои шаги ломают тишину!
Я за тобой пойду на край Вселенной.
Твои шаги... Я стала твоей пленной!
Я для тебя пойду ко дну.

Твои шаги...

Твои шаги...

Стучали капли в тёмное стекло,
А я ждала, когда придёшь обратно.
Но время незаметно утекло,
И стало всё пугающе понятно.
Твоё молчанье — словно острый нож,
Пустая комната полна тенями.
Ты говорил, что скоро вновь придёшь,
Но пропасть разрасталась между нами.

Скажи мне честно, разве ты любил?
Ты знаешь, как не спать ночами долго?
Как задыхаться из последних сил,
Когда от слов не остаётся толка?
Ты не любил, ты просто рядом был,
Позволил мне дарить тебе заботу.
Ты сердце для меня не приоткрыл,
Считая чувства за свою работу.

Я помню слёзы и твои слова,
Что я сама всё это сочинила.
Кружилась от обиды голова,
Но я тебя тогда за всё простила.
Где был ты, когда мир мой угасал?
Ты хоть на миг подумал о потере?
Ты просто равнодушно промолчал,
Когда я тихо закрывала двери.

А я ведь думала, что мы вдвоём,
А я ведь верила в твои признанья.
Но мы горим теперь чужим огнём,
И впереди — лишь горечь расставанья.

Скажи мне честно, разве ты любил?
Ты знаешь, как не спать ночами долго?
Как задыхаться из последних сил,
Когда от слов не остаётся толка?
Ты не любил, ты просто рядом был,
Позволил мне дарить тебе заботу.
Ты сердце для меня не приоткрыл,
Считая чувства за свою работу.

Я не держу на сердце больше зла,
Я просто очень сильно подустала.
Я всё, что было, в памяти сожгла...
И начинаю этот путь сначала.

Я ждала тебя у окна в тишине,
Пока город тонул в неоновом сне.
Ты искал свою правду в шуме ночном,
Забывая о том, что есть где-то дом.

Мы с тобой разминулись на этой черте,
Я искала покой, ты летел к пустоте.
Я устала прощать этот вечный кураж,
Наша общая сказка — лишь глупый мираж.

Мне хотелось тепла и простых вечеров,
Без безумных идей и без сказанных слов.
Но тебе этот мир показался так мал,
Ты взрослеть не хотел, ты от скуки бежал.

Мы с тобой разминулись на этой черте,
Я искала покой, ты летел к пустоте.
Я устала прощать этот вечный кураж,
Наша общая сказка — лишь глупый мираж.

Отпускаю тебя в твой сияющий дым,
Ты останешься вечно таким молодым.
Только мне этот путь больше не по пути,
Я должна наконец-то отсюда уйти.

Мы с тобой разминулись на этой черте,
Я искала покой, ты летел к пустоте.
Я устала прощать этот вечный кураж,
Наша общая сказка — лишь глупый мираж.

Свет холодный бьёт в окно,
В доме тихо и темно.
Я смотрю в стекло с тоской,
Где мой образ молодой?
На лице следы потерь,
Я совсем не та теперь.
Слышу стук со всех сторон,
Мой покой крадёт лишь он.

Я иду, я не спешу,
Я твой пульс в себе ношу.
Я не враг, я просто шаг,
Всё устроено вот так.

Тик-так, тик-так,
Время — мой главный враг.
Тик-так, тик-так,
Но без него мне никак.

Фото старое в руках,
Серебро блестит в висках.
Как замедлить этот бег?
Я ведь просто человек.
Сердце бьётся в ритм часам,
Я не верю чудесам.

Я иду, я не спешу,
Я твой пульс в себе ношу.
Я не враг, я просто шаг,
Всё устроено вот так.

Тик-так, тик-так,
Время — мой главный враг.
Тик-так, тик-так,
Но без него мне никак.

Хватит спорить, я сдаюсь,
Больше тени не боюсь.
Пусть морщины, ну и пусть,
Я забуду эту грусть.

Пульс и стрелки в унисон,
Это жизнь, а не мой сон.

Вместе с временем дышу,
Никуда я не спешу.
Тик-так... Тик-так...

Вспышки света бьют в глаза,
По щеке скользит слеза.
Стробоскоп скрывает боль,
Я играю эту роль.
Громкий бит стучит в висках,
Разбивая липкий страх.
Среди сотен чуждых лиц
Я не падаю здесь ниц.

Каждый бас — как сердца стук,
Я не сдамся, милый друг.

Я танцую в пустоте,
В этой яркой темноте!
Виски лечит, словно врач,
Заглушая тихий плач!
Пусть все думают: вольна,
Но внутри я так больна!
Я танцую в пустоте,
В этой яркой темноте!

Туфли жмут, но я кружусь,
В зеркалах себе кажусь
Королевой без забот,
Что легко идёт вперёд.
Взмах рукой — и мыслей нет,
Я стираю твой портрет.
Толпы кружат в мираже,
Но одна я на душе.

Каждый бас — как сердца стук,
Я не сдамся, милый друг.

Я танцую в пустоте,
В этой яркой темноте!
Виски лечит, словно врач,
Заглушая тихий плач!
Пусть все думают: вольна,
Но внутри я так больна!
Я танцую в пустоте,
В этой яркой темноте!

Скоро кончится игра...
И наступит тишь утра...
В дом пустой я возвращусь...
Снова в память окунусь...

Твоя забота — словно мягкий шёлк,
Но в этой сказке я не вижу толк.
Всё идеально, только пустота
Стирает краски с чистого холста.
Ты строишь замок, даришь мне покой,
Но я как птица в клетке золотой.

Мне мало этой правильной любви,
Мне нужно, чтобы ток бежал в крови.
Мне мало быть в объятиях твоих,
Когда нет искры общей на двоих.
Мне мало, слышишь? Мало нас двоих.

Я жду пожар, а тлеет уголёк,
Твой мир надёжен, но так одинок.
Я так хочу почувствовать волну,
Иначе я в спокойствии тону.
Ты рядом, но внутри зияет брешь,
И этот плен — как лезвие, не режь.

Мне мало этой правильной любви,
Мне нужно, чтобы ток бежал в крови.
Мне мало быть в объятиях твоих,
Когда нет искры общей на двоих.
Мне мало, слышишь? Мало нас двоих.

Не нужно клятв, не нужно всё менять,
Я просто попыталась всё сказать.
Ты смотришь на меня, а я молчу,
Я не кричу, я больше не хочу.

Мне мало этой правильной любви,
Мне нужно, чтобы ток бежал в крови!
Мне мало быть в объятиях твоих,
Когда нет искры общей на двоих!
Мне мало, слышишь? Мало нас двоих!

Ты укрываешь от любых ветров,
Не нужно мне таких спокойных снов.
Твоя забота — золотая нить,
Но я не знаю, как с тобою жить.
Всё идеально, только нет огня,
И эта клетка душит здесь меня.

Мне слишком мало правильной любви,
Мне нужен пульс, пылающий в крови.
Мне мало быть в объятиях твоих,
Когда нет искры общей на двоих.
Мне мало, слышишь? Мало нас двоих.

Я жду пожара, а вокруг зола,
Я в этой тишине с ума сошла.
Хочу эмоций, бури и волны,
А мы с тобою просто холодны.
Ты так старался, строил этот храм,
Но он напополам сломался сам.

Мне слишком мало правильной любви,
Мне нужен пульс, пылающий в крови.
Мне мало быть в объятиях твоих,
Когда нет искры общей на двоих.
Мне мало, слышишь? Мало нас двоих.

Не нужно клятв, я всё сказала вслух,
Наш уголёк давным-давно потух.
Ты рядом, но теряется ответ...
Меня с тобою в этой сказке нет.

Солнце рисует узор на воде,
Тени ночные уходят несмело.
Я доверяю сегодня звезде,
Той, что над лесом всю ночь провисела.
Травы умоет густая роса,
Ветер разбудит уснувшую птицу.
Я поднимаю на небо глаза,
Чтобы свободой сполна насладиться.

Дышит земля, просыпается лес,
Жду я от нового дня лишь чудес.

Светлая зорька, гори надо мной,
Сердце укутай своей пеленой.
Слёзы утри и печаль забери,
Радость и свет мне скорей подари.
Яркая зорька, дай силы дышать,
Дай мне по вольному полю бежать.

Мамино слово согреет в пути,
Голос родной зазвучит над рекою.
Знаю, что счастье смогу я найти,
Если в ладу буду жить я с собою.
Брошу обиды в глубокий овраг,
Пусть их уносит вода ключевая.
Сделаю первый уверенный шаг,
Двери для новой любви открывая.

Дышит земля, просыпается лес,
Жду я от нового дня лишь чудес.

Светлая зорька, гори надо мной,
Сердце укутай своей пеленой.
Слёзы утри и печаль забери,
Радость и свет мне скорей подари.
Яркая зорька, дай силы дышать,
Дай мне по вольному полю бежать.

Долго бродила я в тёмном лесу,
Долго искала свою половину.
Новую веру в душе я несу,
Больше не гну перед горестью спину.

Светлая зорька, гори надо мной,
Сердце укутай своей пеленой.
Яркая зорька, дай силы дышать,
Дай мне по вольному полю бежать.

Огонь в моём сердце погас,
Я ждать и прощать перестала.
К чему эта ревность сейчас?
Она безнадёжно отстала.
Окончен пустой сериал,
И я в твои чувства не верю.
Ты слишком, увы, опоздал,
Закрыты знакомые двери.

Всё это хотелось вчера,
А нынче нелепо и поздно.
Ушла роковая пора,
Смотреть в это прошлое сложно.

Всё это мне нужно вчера,
Сегодня я стала другая.
Закончилась наша игра,
Я молча мосты поджигаю!

Как спичка, сгорела любовь,
Оставив на пальцах ожоги.
Не нужно бессмысленных слов,
У нас разбежались дороги.
Не склеить разбитых зеркал,
Осколки порезали руки.
Ты сам это всё потерял,
Приняв неизбежность разлуки.

Всё это хотелось вчера,
А нынче нелепо и поздно.
Ушла роковая пора,
Смотреть в это прошлое сложно.

Всё это мне нужно вчера,
Сегодня я стала другая.
Закончилась наша игра,
Я молча мосты поджигаю!

Всё это мне нужно вчера,
Сегодня я стала другая!
Закончилась наша игра,
Я молча мосты поджигаю!

Свет монитора режет глаза
Ты снова смотришь, но хочешь сказать
Не про дедлайн и не про бюджет
В этом отчёте скрытый сюжет
Я аналитик, ты — главный стратег
Но мы бежим свой собственный бег
Галстук затянут, как удавка на шее
Кто из нас, милый, сегодня смелее?

Цифры в таблице — это предлог
Ты прочитаешь между всех строк
Статус проекта — «Критический сбой»
Я начинаю игру с тобой

Напряжение в сети, двести двадцать вольт
В этом офисе тесно, как в старом Ford
Этикет — это клетка, ломай засов
Мы с тобой вне системы и вне часов

Риск — это бонус, а не провал
Ты ведь давно этого ждал
Тихий бунт, где никто не поймёт
Кто кого первым сейчас возьмёт

Кофе остыл, но воздух горит
Твой взгляд — магнит, мой взгляд — динамит
Совещание — поле, где мин не счесть
Но у нас с тобой кодекс и своя честь
Ты правишь бал, я правлю итог
Кто переступит этот порог?
Субординация — тонкая нить
Сможешь ли ты её перекусить?

Слушай...
Здесь камеры пишут каждый наш шаг
Но они не запишут, как сбит твой дыхательный такт
Один неверный клик, один лишний жест
Это наш личный, закрытый тест

Напряжение в сети, двести двадцать вольт
В этом офисе тесно, как в старом Ford
Этикет — это клетка, ломай засов
Мы с тобой вне системы и вне часов

Риск — это бонус, а не провал
Ты ведь давно этого ждал
Тихий бунт, где никто не поймёт
Кто кого первым сейчас возьмёт.